Что у меня общего с евреями? У меня едва ли есть что-нибудь общее с самим собой.
За все, что делает христианин, он отвечает лично. За все, что делает еврей, отвечают все евреи.
Евреи, меняя национальность, остаются с носом.
Не будь антисемитизма, я бы не думал о себе как о еврее.
Я не еврей, я интернационалист.
Еврей должен быть золотом, чтобы сойти за серебро.
Еврей Фульд избран в парламент. Я очень рад этому, значит, равноправие евреев вполне осуществилось. Прежде только гениальный еврей мог пробиться в парламент, но если уж такая посредственность, как Фульд, пробивается, – значит, нет больше различий между евреями и неевреями.
Еврей — это человек, которого другие считают евреем.
По существу, среди всех «инородцев» в России – несмотря на все антисемитские вопли, – нет элемента, который мог бы легче, чем евреи, быть поставлен на службу российской государственности и ассимилирован с русской культурой.
Быть может, мы — сыновья торговцев, но мы же — внуки пророков.