Герой французского романа так неопытен и невинен, что самая чистая лилия кажется, по сравнению с ним, бурой свиньей. Он всегда обманут, всегда несчастлив и всегда уважает волю своих родителей, живущих сельскими продуктами, где-то «там», среди ландышей и бузины. Не будем же говорить о герое. Ну его!
В самом раннем детстве должны быть уже заложены геройские чувства, настраивающие душу на подвига любви и благородства. И разве история представляет мало примеров героев?
refХрабрость сердца доказывается в час сражения, а неустрашимость души во всех испытаниях, во всех положениях жизни. И какая разница между бесстрашием солдата, который на приступе отваживает жизнь свою наряду с прочими, и между неустрашимостью человека государственного, который говорит правду государю, отваживаясь его прогневать. Судья, который, не убояся ни мщения, ни угроз сильного, отдал справедливость беспомощному, в моих глазах герой.
Кто пережил трагедию, не был её героем.
Люди, жертвующие всем ради любви, на сцене так же безнадёжно негероичны, как сумасшедшие и наркоманы. Герои, живущие в веках, это Гектор и Гамлет, а не Парис и Антоний.
Всякий герой смертен, пока не умрёт.
Спектакли истории дёшевы: массовый герой получает ставку статиста.
Безумными могут быть приключения, герой же должен быть разумным.
Каждый герой, в конце концов, становится занудой.
Вокруг все твердят, как спелись, Что, коли уж стал героем, То должен ты, строг и строен, на каждую лажу мира клинок вынимать из ножен. Но в этом-то вся и прелесть, Что, если ты стал героем, — А ты уже стал героем — То никому на свете ты ничего не должен.