Бог создал дольний мир наш навсегда таким: Веселье — после бед, благое — за дурным.
Мир — это бытие между двумя небытиями.
Предоставить мечу решать судьбу мира.
Природа вещей и мир неизменны, а все, что движется, притягивается любовью и рассеивается враждой.
Все изменяется, ничто не исчезает.
Все в мире поставлено с ног на голову. Жизнь следовало бы начинать стариком, обладая всеми преимуществами старости — положением, опытом, богатством, и кончать ее юношей, который может всем этим так блистательно насладиться. А сейчас мир устроен так, что в юности, когда счету нет удовольствиям, которые получаешь на один-единственный доллар, у вас этого доллара нет. В старости же у вас есть доллар, но уже нет ничего такого, что хотелось бы на него купить.
Все стремится к предельности.
Мир — действительность во всем ее охвате.
Если мы хотим пользоваться миром, приходится сражаться.
У мира есть свои победы, их не меньше, чем у войны, но ему не приходится ставить столько памятников.