Писать трудно, но еще труднее было бы не писать.
То, что Х сумел написать такую хорошую книгу, может отбить всякую охоту к литературе.
Лучше писать для себя и потерять читателя, чем писать для читателя и потерять себя.
Если читатель не знает писателя, то виноват в этом писатель, а не читатель.
Плох тот писатель, которому не верят на слово.
Писатель должен писать.
Мы вовсе не врачи – мы боль.
Писателю спокойно живется только на минном поле, которое для него постоянно обновляет общество.
Это не написано – это напечатано на машинке.
Польские литераторы не читают меня – а я не читаю их. Их приговор единодушен? Мой тоже.