Когда люди боятся потерять — гораздо сильнее, чем хотят найти — начинается великая повседневность.
Жизнь у меня и так все время повседневная, но бывают минуты, когда я чувствую себя еще поганей.
Если мы живем в будущем предыдущей эпохи, которое для нас — настоящее, это называют реальностью. Если же мы скажем этому настоящему «прощай», то кто нам помешает выстроить себе иное настоящее — в пределах дома, квартиры, комнаты, диогеновой бочки — и не допускать туда повседневность? Нет, правда, кто нам помешает? Только лишь эта самая повседневность.
Человек, живущий обычной, размеренной жизнью, быстро становится рабом собственных привычек.