Видите ли, Франсуаза, — говорил садовник, — революция лучше войны, потому что когда провозглашают революцию, то сражаться за неё идут только желающие.
Приятнее и полезнее «опыт революции» проделывать, чем о нем писать.
… революции удавались тогда и только тогда, когда правительства либо загнивали и становились бессильными, либо вообще переставали существовать.
Стыд — это уже своего рода революция…
Каждая революция своеобразна, но что-то их объединяет, иначе не назывались бы они одним общим словом.
Революция возможна лишь там, где есть совесть.
Потом я стал скучать на этих шумных сходках… Искусство! Истина! Как эти фразы злят! А наши, русские в своих косоворотках, О революции всё время говорят...
Революция, ты научила нас Верить в несправедливость добра. Сколько миров мы сжигаем в час Во имя твоего святого костра?
… революции не выигрывают привлечением в организацию широких масс. Революция — наука, в которой компетентны единицы. Эта наука опирается на организованность, а самое главное — на владение средствами связи. И когда наступает нужный исторический момент — наносится удар. Правильно и вовремя организованный переворот фактически бескровен. Если же организация расхлябанная, а время выбрано неверно, начинаются гражданские войны, разгул насилия, чистки и террор.
Не нужна революция, чтобы прийти к демократии. Нужна демократия, чтобы могла произойти революция.