Мы надеемся приблизительно, зато боимся точно.
Порой отвага вырастает из страха.
Отдели смятение от его причины, смотри на само дело – и ты убедишься, что в любом из них нет ничего страшного, кроме самого страха.
Мы молоды, как наши надежды, и стары, как наши страхи.
Я ничего так не боюсь, как испуганных людей.
Наши страхи на девяносто процентов относятся к тому, что никогда не случится.
Страх вот то единственное, чего мы должны страшиться.
Если ты прежде всего и при всех обстоятельствах не внушаешь страха, то никто не примет тебя настолько всерьез, чтобы в конце концов полюбить тебя.