Танцы прелестью своей, В полете, в радостном порыве Красавиц делают красивей, Дурнушек делают милей.
Каждое танго – это прощание.
Танцевать с ней было все равно что таскать пианино.
Единственными моими учителями танца были Жан Жак Руссо, Уолт Уитмен и Ницше.
Тело никогда не лжет.
Танец – это ведь почти объяснение в любви.