И потрясающих утопий Мы ждём, как розовых слонов...
Следы многих преступлений ведут в будущее.
Я охотнее слушаю сказки времён, уходящих в далёкое прошлое, чем в далекое будущее.
Утопические мечты — часто преждевременные, ещё не созревшие мечты (истины).
Равенство — утопия негодяев.
С моральных позиций авторам утопий и дистопий ничего предъявить невозможно, увы, правильному этическому рефлексу не приходит на выручку рациональное знание и полное, обладающее необходимым размахом социологическое воображение. Так что такие писатели умеют либо продолжать существующие тенденции и вследствие этого раздувать их до адских размеров (обычно это бывает ад с логической точки зрения вполне прилично построенный), либо одним мановением руки отбрасывать всё, на чём стоит и чем питается техническая цивилизация. При таком порядке действия они должны быть последовательно либо Кассандрами, вещающими чёрное будущее, либо плакальщицами, воздыхающими о канувшем в Лету (мягко патриальхальном) прошлом. — перевод: Е. П. Вайсброт, В. И. Борисов, 2004
Утописты подобны братьям Гримм, с той только разницей, что они пишут для взрослых. Братья Гримм пугают детей плохим, чтобы научить хорошему, утописты соблазняют людей хорошим, чтобы отвратить от дурного. О сказочности утопии надо помнить всем: утопистам, чтобы не обольщаться ею, антиутопистам, чтобы не бояться её. — специалист по истории утопической мысли
В переливе трёхаршинного кругозора одиночного заключения и сибирской тайги — символ ограниченного утопизма современников.
Я больше не буду убегать никуда. Утопии нет нигде.
Покончить с утопиями — это и есть утопия.