Вдохновение нужно в поэзии, как и в геометрии.
Критики смешивают вдохновение с восторгом.
Вдохновение и интерес — это то же самое. Уклониться от истинного вдохновения столь же трудно, как и от порока. При истинном вдохновении исчезает все и остается только оно одно. Поэтому порок есть тоже своего рода вдохновение. В основе порока и вдохновения лежит то же самое. В основе их лежит подлинный интерес. Подлинный интерес — это самое главное в нашей жизни. Человек, лишенный интереса к чему бы то ни было, быстро гибнет. Слишком однобокий и сильный интерес чрезмерно увеличивает напряжение человеческой жизни, еще один толчок, и человек сходит с ума. Человек не в силах выполнить своего долга, если у него нет к этому истинного Интереса. Если истинный Интерес человека совпадает с направлением этого его долга, то такой человек становится великим.
Вдохновение — как первая любовь, когда сердце громко стучит в предчувствии удивительных встреч, невообразимо прекрасных глаз, улыбок и недомолвок.
Муза венчает славу, а слава — музу.
Вдохновение позволяет человеку сделать максимум того, что ему отпущено природой.
От жара душевного остаётся либо пепел, либо деяние.
Вдохновение входит в нас как сияющее летнее утро, только что сбросившее туманы тихой ночи, забрызганное росой, с зарослями влажной листвы. Оно осторожно дышит нам в лицо своей целебной прохладой.
Вдохновение — это не селедка, которую можно засолить на многие годы.
Талант средней руки жаждет минуты вдохновения, большой – минуты передышки от него.