...Разучите эту мову на знаменах — лексиконах алых, — — Эта мова величава и проста: «Чуєш, сурми заграли, час розплати настав…»Разве может быть затрепанней да тишеслова поистасканного «Слышишь»?!Я немало слов придумал вам,взвешивая их,одно хочу лишь, —чтобы стали всех моих стихов слова полновесными, как слово «чуєш».
Миллиметр за миллиметром исчезали линии прежнего лица, таяли глаза и становились добрее, овал губ вытягивался, сплющивался и превращался в узкую нить, менялось лицо, и менялись глаза — только лицо становилось жёстче, хищнее и наружу выступала улыбка, а жестокость пряталась за той улыбкой, но не могла исчезнуть совсем, а почти выступала из-под неё. И странно: глаза были добрее различимой жестокости., Казалось, ничего не может быть страшнее этих тонких губ, морщин, прошитых красно-синими сосудами, этой жёсткости, которая прикидывалась улыбкой и нежностью, вниманием, и состраданием, и участием.
Равенство — утопия негодяев.
Как были хороши тогда улыбки На лицах светлых! Так часто серебрятся в речке — рыбки, И росы — в ве́тлах.
С моральных позиций авторам утопий и дистопий ничего предъявить невозможно, увы, правильному этическому рефлексу не приходит на выручку рациональное знание и полное, обладающее необходимым размахом социологическое воображение. Так что такие писатели умеют либо продолжать существующие тенденции и вследствие этого раздувать их до адских размеров (обычно это бывает ад с логической точки зрения вполне прилично построенный), либо одним мановением руки отбрасывать всё, на чём стоит и чем питается техническая цивилизация. При таком порядке действия они должны быть последовательно либо Кассандрами, вещающими чёрное будущее, либо плакальщицами, воздыхающими о канувшем в Лету (мягко патриальхальном) прошлом. — перевод: Е. П. Вайсброт, В. И. Борисов, 2004
Унизительных положений нет, если сам не унизишься.
Каждый учёный должен принимать участие в конкурентной борьбе, которую ведёт его парадигма, и находиться под принуждающим воздействием своей дисциплинарной матрицы.
— Да и я то же говорю! — подхватывает оптимист. — Вы мне сами подаёте аргумент. Да, дело не во вспышках: вспышки — ерунда, когда не вытекают из настроения общества. А настроение общества исчерпывается словом: успокоение. Про левую часть общества скажу даже больше: её настроение можно определить только словом «уныние».
Того не приобресть, что сердцем не дано, Рок злобный к нам ревниво злобен: Одну печаль свою, уныние одно Унылый чувствовать способен!
Улыбка страстная и взор красноречивый, В которых вся душа, как в зеркале, видна...