Фильм не кусок жизни, а кусок пирога.
Туземцы южных морей не говорят по-английски, но их запаса слов хватит, чтобы разделить все голливудские фильмы на два разряда: пиф-паф и чмок-чмок.
Под унылый шум осенних волн Навсегда замолкнет флейта Пана, Пусто всё и одинокий чёлн Робко выплывает из тумана.
Как профессиональный сёрфер, имеющий дюжину досок, или профи-гитарист, у которого 23 грифа, художник может иметь несколько различных камер, каждую для своей цели. А другой художник может иметь только одну камеру, или вообще никакой. Это просто не имеет значения. … Художники используют любые виды фотокамер, включая камеры-обскуры и одноразовые, или 8х10 дюймов. Они используют тот инструмент, в котором они нуждаются, для того чтобы создать то, что они хотят. — «Семь уровней фотографов»
…Cпустя несколько дней присягали Временному правительству, ходили на митинги, собираясь большими земляческими группами, держась обособленно от солдат, наводнявших станцию. После подолгу обсуждали слышанные речи, вспоминая, прощупывали недоверчиво каждое сомнительное слово. У всех почему-то сложилось убеждение: если свобода — значит, конец войне, и с этим прочно укоренившимся убеждением трудно стало бороться офицерам, утверждавшим, что воевать Россия обязана до конца., Приказ о возвращении на фронт встречен был открытым ропотом. Вторая сотня отказалась было ехать, казаки не разрешили прицепить к составу паровоз, но командир полка пригрозил разоружением, и волнение пошло на убыль, улеглось. Эшелоны потянулись к фронту. — Это что же, братушки? Свобода — свобода, а касаемо войны — опять, значится, кровь проливать? — Старый прижим начинается! — На какой же ляд царя-то уволили? — Нам что при нем было хорошо, что и зараз подходяще… — Шаровары одни, только мотней назад. — Во-во! — Это до каких же пор будет?.. — Третий год с винтовки не слазишь! — шли в вагонах разговоры. На какой-то узловой станции казаки, как сговорившись, высыпали из вагонов и, не слушая увещаний и угроз командира полка, открыли митинг. Тщетно меж серого сплава казачьих шинелей метались комендант и престарелый начальник станции, упрашивая казаков разойтись по вагонам и освободить пути. Казаки с неослабным вниманием слушали речь урядника третьей сотни. После него говорил небольшой статный казачок Манжулов. Из его побелевшего, злобно искривленного рта с трудом выметывались злые слова: — Станишники! Нельзя так-то! Нас опять же под конфуз подвели. Обман хочут исделать! Раз превзошла революция и всему народу дадена свобода — значится, должны войну прикончить, затем что народ и мы войну не хотим! Аккуратно я гутарю? По-правильному? — Правильно! — Под хвост кобыле! — Осточертела всем! — Шаровары вон не держутся… какая война?! — Не жжжа-лла-ем!.. — По домам!
Большинство в городе сразу примкнуло к эсерам. Немало этому способствовало то, что во время всенародной проповеди после многолетия Временному правительству соборный священник отец Павел объявил, что Иисус Христос тоже был и социалистом и революционером. А так как в городе у нас проживали люди благочестивые, преимущественно купцы, ремесленники, монахи и божьи странники, то, услышав такую интересную новость про Иисуса, они сразу же прониклись сочувствием к эсерам, тем более что эсеры насчет религии не особенно распространялись, а говорили больше про свободу и про необходимость с новыми силами продолжать войну. Анархисты хотя насчет войны говорили то же самое, но о боге отзывались плохо.
Я вижу в почтовых марках одновременно и маленькое окошко в чем-то манящий меня далёкий мир, и геральдический знак народа и государства, листок календаря с памятной датой, восстанавливающий в воображении событие или имя примечательного человека.
Филантроп: человек, который большую часть своего времени убеждает других пожертвовать на благотворительность.
Благотворительность и патриотизм— главные качества американца, которому нужно что-либо продать.
И ваши слёзы в одиночку, И речи в уголку вдвоём, И путешествия в Опочку, И фортепьяно вечерком?