Добродетель деятельна.
Вообще говоря, каждому хочется быть хорошим — но не слишком хорошим и не все время без перерыва.
Стоит нам только на один шаг преступить среднюю меру человеческой доброты, как наши поступки вызывают недоверие. Добродетель покоится как раз «посередине».
Быть может, добродетель есть не что иное, как душевная деликатность.
То, что мы принимаем за добродетель, нередко оказывается сочетанием корыстных желаний и поступков, искусно подобранных судьбой или нашей собственной хитростью, так, например, порою женщины бывают целомудренны, а мужчины — доблестны совсем не потому, что им действительно свойственны целомудрие и доблесть.
Незнакомство с пороками приносит больше пользы, чем познание добродетелей.
Абсолютной добродетели не существует, все зависит от обстоятельств.
Меня не возмущают наши пороки, но, признаюсь, мне стыдно за наши добродетели.
Добродетель есть не что иное, как внутренняя красота, красота же — не что иное, как внешняя добродетель.
Ни одна добродетель не искупает пороков.