Публика всегда требует от меня максимума. Это плата за славу, и очень жестокая плата.
Ваша опера мне понравилась. Пожалуй, я напишу к ней музыку.
Главный дирижер оперного театра – это полицейская функция.
Он поет так, будто проглотил «Страдивари».
Лучше уж петь в опере, чем ее слушать.
С каким бы опозданием ни прийти на представление «Зигфрида», одно действие всегда кажется лишним.
Люди воображают, что четыре тысячи певцов производят в четыре тысячи раз более сильное впечатление, чем один певец. Это – заблуждение. С тем же успехом можно было бы утверждать, что 4000 стройных инженю в 4000 раз стройнее одной.
Опера – все равно что супруг с иноземным титулом: содержать его дорого, понять трудно, поэтому лезешь из кожи, чтобы не ударить лицом в грязь.
Ни зеркала, ни бокалы не раскалывались при звуках его голоса, как это утверждали.
Я раз ходил посмотреть Паваротти. Ему не нравится, когда подпевают.