Вздыхает под ногами мох, Дрожат берёзки нежно, томно, Закрылся лес туманом скромно, И только лес, и только мох, И песня — стон, и слово — вздох. Земля — мираж, и небо тёмно. О, милый лес! О, нежный мох! Берёзки, трепетные томно!
Всё это длилось минут двадцать. Я любил её целых двадцать минут. Я стоял тогда в потемневшем и освежённом саду. Был тихий летний вечер, такой тихий, что он казался праздничным, почти торжественным. Такие вечера бывают только у нас, на севере, недалеко от больших и пыльных городов и среди жидкого шелеста берёз. Они не кипарисы, конечно, эти белые, эти грешные берёзы — они не умеют молиться, жизнь их слишком коротка для этого, ночи томительны, и соловьи столько должны сказать им от зари до зари. Берёзы не молятся, но перед ясным закатом они так тихо, так проникновенно шелестят, точно хотят сказать: «Боже, как мы тебя любим… Боже, отец белых ночей…»
На большом пустынном четырёхугольнике кое-где растут старые берёзы и сосны, по канавам топорщится лохматый кустарник — бузина, волчьи ягоды и лоза, оставшееся воспоминание былых топких болот, на которых построен наш странный маленький городок., Рыжаковский пустырь… Проклятое, легендарное место, обвеянное призраками смерти…
— А я знакома с одной из сестриц твоих,— чиликала птичка.— Там, далеко, на северо-востоке, в берёзовой роще, за кустами дикой малины, у канавки, цветёт она. И так она мила была тогда, как пели соловьи, капал дождь, а я выглядывала из своего притаившегося в бузинном кусте гнёздышка…
Превратишься в берёзу, в траву, в можжевельник, в сосну. Если вовремя ты загово́р против них не вспомянешь, Так в лесу, меж лесными, в лесной западне и застрянешь. Не смотри, проходя меж деревьев, на дивью жену!
Я в берёзовые ситцы Нарядил бы белый свет…
Наутро поднявшееся яркое солнце быстро съело тонкий ледок, подёрнувший воды, и весь тёплый воздух задрожал от наполнивших его испарений отжившей земли. Зазеленела старая и вылезающая иглами молодая трава, надулись почки калины, смородины и липкой спиртовой берёзы, и на обсыпанной золотым цветом лозине загудела выставленная облетавшаяся пчела.