Чем ближе к Церкви, тем дальше от Бога.
Я никогда не был особенно высокого мнения о храбрости укротителя тигров внутри клетки — он, во всяком случае, может не опасаться других людей.
От хитрости до плутовства — один шаг, переход от первой ко второму очень лёгок: стоит прибавить к хитрости ложь, и получится плутовство.
Так размышлял Аркадий… а пока он размышлял, весна брала свое. Всё кругом золотисто зеленело, всё широко и мягко волновалось и лоснилось под тихим дыханием теплого ветерка, всё — деревья, кусты и травы, повсюду нескончаемыми звонкими струйками заливались жаворонки, чибисы то кричали, виясь над низменными лугами, то молча перебегали по кочкам, красиво чернея в нежной зелени ещё низких яровых хлебов, гуляли грачи, они пропадали во ржи, уже слегка побелевшей, лишь изредка выказывались их головы в дымчатых её волнах.
Христианство не только вера в Бога, но и вера в человека, в возможность раскрытия божественного в человеке.
Христианство изнутри побеждало варварство и грубость души, образовывало человека. — «Философия свободного духа»
Старухи храпят яростно. Они походят на тела, в которые ночью вползли причудливые животные, животные злобные, похабные, шумные. Как они храпят! В их храпе нет никакого стеснения. Старухи превращаются в стариков.
... посредине между двумя крайностями, трусостью и безрассудством, находится храбрость... — перевод: Н. Любимов
Парадокс храбрости заключается в том, что следует не слишком заботиться о своей жизни даже для того, чтобы спасти её.
Сказать по правде, храбрость — врожденное качество: она не приобретается. — «Максимы и мысли узника Святой Елены», XXXIV