Гордость от сознания того, что тебе доверили тайну, — основной повод для её разглашения.
Чем фундаментальнее закономерность, тем проще её можно сформулировать.
Тело танцора — это просто светящееся проявление его души.
Танец: Высший Разум в Свободнейшем из Тел
Основой теологии является отсутствие разума и священный ужас наших предков перед картиной вселенной.
Чтобы понять процесс, нужно иметь теорию., ...если вы действительно хотите разбираться в эмпирической науке, то у вас должны быть факты. И проблема в том, как организовать эти факты. Теория, в сущности, и „организует“ факты.
Горы Азии (Копет-Даг, другие), это родина и моя. Удивительно, что родина человечества столь пустынна и нелюдима. Что здесь связывало людей? Русский ― таракан. Туркмен ― каракурт. Сцену на колодце развить максимально. Бай умирает от тоски по ослу, батрак ― от тоски по жене.
хром никель марганец ― каких еще земель, повсюду истощающихся, голос не источает на сомнительных глубинах! тектоника разваленных семей имперски-хищный гладиолус цветет в расщелинах лабильных средь ящериц и первозданных змей.
Итак, с одной стороны, реальная архитектура XIX века реализует предчувствия Гоголя, а с другой ― архитектура Гоголя представляет собой мираж. Отсюда может следовать только одно ― архитектура эклектики и желала выглядеть как мираж, желала усвоить некие пластические качества дематериализованной иллюзии. В таком случае вопрос о принципе формообразования в эклектике может быть в намеренно заостренной форме понят как вопрос о принципе формообразования, о тектонике миража. Какова же эта тектоника? В конце своей статьи Гоголь описывает новую архитектуру, которую должен создать XIX век: «Покаместь висящая архитектура только показывается в ложах, балконах, Но если целые этажи повиснут, если перекинутся смелые арки, если целые массы вместо тяжелых колонн очутятся на сквозных чугунных подпорах, если дом обвесится снизу доверху балконами с узорными перилами, и от них висящие чугунные украшения в тысячах разнообразных видов облекут его своею легкою сетью, и он будет глядеть сквозь них, как сквозь прозрачный вуаль, когда эти чугунные сквозные украшения, обвитые около круглой, прекрасной башни, полетят вместе с нею на небо, ― какую легкость, какую эстетическую воздушность приобретут тогда дома наши».
Не на практике, не в теории, Просто так! — я попал в историю, Задним ходом, — как рак.